НЕКОТОРЫЕ ГЕОПОЛИТИЧЕСКИЕ ФАКТОРЫ КОНФЛИКТОГЕННОГО ПОТЕНЦИАЛА СНГ

Некоторые геополитические факторы

конфликтогенного  потенциала СНГ

 

На рубеже 2 и 3–го тысячелетий в процессе глобального противоборства невоенные средства сыграли решающую роль при разрушении Евразийского геополитического пространства, резком ослаблении государственности России и стран СНГ,  снижении их суверенитета. К таким средствам следует, прежде всего, отнести информационное оружие: чуждые духовно-концептуальные и мировоззренческие схемы, псевдоисторические и квазинаучные теории, пропагандистско-идеологические клише и т.п.  Свою роль, конечно, сыграло и  материальное оружие в виде средств финансово-экономической борьбы, мировых денег, средств геноцида (наркотики, алкоголь и т.п.), в меньшей степени – традиционные виды вооружений и военные средства уничтожения.     Следовательно, можно сделать вывод, что в настоящее время  вероятность прямой и широкомасштабной военной агрессии против стран Содружества снижается, хотя и не исключается.

Видимо, в силу этих обстоятельств в военной системе, Штабе КВС СНГ, Генеральном штабе  ВС РФ, государствах СНГ геостратегические задачи несбалансированно и неоправданно замещаются проблемами предотвращения, отражения нетрадиционных военных угроз, которые, к сожалению,  объективно начинают занимать все более важное место в решении задач обеспечения безопасности государств – участников Содружества.   Более того, проблемы инспирируемых локальных конфликтов, педалируемого терроризма, навязчивого миротворчества и пр. начинают заслонять реальные геополитические угрозы Евразийским государствам и народам. Следовательно, в стратегических, оперативных, тактических звеньях военного управления утрачивается ясность целей и задач, размывается понимание Армии как защитницы Родины от внешнего врага.

Итак, основные геополитические угрозы, следует в первую очередь идентифицировать:

— с усилиями западных стран и некоторых исламских государств по вытеснению России из районов и зон ее традиционного влияния в Европе, на Ближнем и Среднем Востоке, в Закавказье и Центральной Азии,

— с активным политическим, экономическим, культурно-информационным и военным закреплением этих стран в государствах ближнего зарубежья, а также

— с созданием неких международных гарантий не возврата ситуации на постсоветском пространстве в любое из ее прежних состояний, особенно если это будет связано с попытками РФ расширить и укрепить свое влияние на страны ближнего зарубежья. О последнем, в частности, свидетельствуют результаты и документы российско — американского саммита, подписание в Риме договора СНВ (СНП) – 3 и др.

В результате геополитической катастрофы, обусловленной как внутренними, так и внешними причинами, на постсоветском пространстве еще до распада бывшего СССР и сразу же после этого возник и сохраняется до сих пор ряд зон напряженности и очагов неурегулированных вооруженных конфликтов. Они и сегодня  оказывают неблагоприятное воздействие на общую военно-политическую ситуацию как в целом на пространстве СНГ, так и на состояние безопасности РФ, ее положение в составе Содружества в роли  неформального лидера. Это в первую очередь известная ситуация в Приднестровье, грузино-абхазский и югоосетинский  конфликты, до конца не решённые в августе 2008 года,  тлеющий вооруженный конфликт в Нагорном Карабахе, а также обстановка в Таджикистане, где не так давно закончилась гражданская война. Это Чечня, Дагестан, Северный Кавказ в целом, нарастающая боевая активность и минно-диверсионная война  на местах и в Центре и т.д. и т.п.

 

Горячие точки СНГ

 

Провокация 11 сентября 2001 года в США начала отсчёт очередного действия трагедии, которая искусно поставлена и разыгрывается на Евразийском пространстве. Это, прежде всего, реализация концепции Большого (Нового) Ближнего Востока и его «демократизация». Окружение Китая «петлёй анаконды» и разжигание тлеющего конфликта двух ядерных держав Индии и Пакистана. Размещение под предлогом борьбы с международным терроризмом военных баз НАТО и США в Восточной Европе, Средней Азии, на Кавказе и на территории самой Росфедерации.  А также  продолжение «раскручивания» так называемого грузино-российского конфликта и, в ближайшей перспективе, российско-украинского столкновения,  выводит геополитическую ситуацию на новый уровень и имеет стратегической целью управление конфликтогенным потенциалом РФ и СНГ в интересах транснациональных корпораций  и мировой финансово-информационной олигархии. На указанных векторах следует в первую очередь ожидать нарастания угроз и эксцессов для Содружества и России.

Как, собственно говоря, взаимообусловлены конфликты и безопасность в Евразии? Дело в том, что где бы на пространстве СНГ ни возник вооруженный конфликт, «цветная революция» и т.п. они обязательно будут затрагивать российские интересы и интересы многих других стран:

во-первых, потому, что РФ все еще слишком тесно связана различными узами с остальными странами СНГ, и любой конфликт ставит ее перед сложным выбором, который не может быть конъюнктурным, тем более — несправедливым;

во-вторых, Россию и многие страны Содружества связывают конкретные обязательства как в рамках Договора о коллективной безопасности, так и других многосторонних и двухсторонних соглашений, и любой конфликт рано или поздно приходится разбирать в Москве;

в-третьих, в официальном политическом курсе РФ цели и задачи реинтеграции в рамках Содружества стоят на одном из первых мест, и поэтому любая напряженность, тем более — вооруженный конфликт между любыми государствами — членами СНГ не могут не рассматриваться в качестве геополитического фактора, препятствующего реализации этого курса;

в-четвертых, любой вооруженный конфликт и любое противостояние, возникающие в пределах границ СНГ, подвергают испытанию слабые претензии РФ на роль одного из центров будущего многополярного мира.

Безразличие и невмешательство адекватными средствами в существующие и возникающие конфликты и кризисные ситуации, равно как и  непоследовательные и неумелые действия дискредитируют как статусную культурно-историческую позицию России, так и  концепцию многополярного мира, базирующегося на базе восьми основных и равноправных цивилизаций Земли, которая вынашивается и должна стать краеугольным камнем геополитики и геостратегии  в ХХI веке.

Сегодня эрозия стратегической стабильности и нарастание конфликтности на евразийском пространстве, если рассматривать их в  едином комплексе, с учетом как внешних, так и внутренних угроз, «стимулируется» практически по всем основным направлениям. И это приобретает реальную геополитическую силу.

«Оранжевый» геополитический фактор

 

В политической сфере — это усиливающееся самовластие правящей элиты в центре и на местах, подчас несовместимое с принципами управляемости государств и Содружества в целом;

— катастрофическое снижение духовности, культуры и интеллектуального потенциала общества и власти, народов и государств;

— опасное усиление зависимости стран от зачастую некомпетентных решений, принимаемых узкой группой политиков, ангажированных клановыми этническими и мафиозно — экономическими структурами;

— гипертрофированные изменения в системе ценностей, когда материальное и личное определяют мировоззрение и образ действий властей всех уровней, а духовное и общественно-государственное при этом присутствуют лишь в качестве идейно-нравственной ширмы воцарившегося беспредела;

— нарастание дезинтеграции российского и постсоветского общества на основе усиливающегося имущественного расслоения и утраты общенациональных идеалов и ориентиров;

— возрастание опасности территориальной целостности   как вследствие брошенных в лицо вызовов со стороны сил управляемого сепаратизма, так и в результате создания самими государствами, в лице разрывающих их финансово-экономических кланов, условий для проявления сепаратизма регионального и национального;

— продолжение давления на РФ, Союз России и Белоруссии, Содружество известными силами, стремящимися влиять на формирование внутри — и внешнеполитического курса в нужном для них направлении. В этом контексте наиболее взрывоопасными ожидаются в ближайшей перспективе северокавказский, украинский и белорусский вектора.

В экономической сфере –  продолжение системного экономического кризиса вследствие упрямого навязывания деструктивной либерально-рыночной модели чикагского разлива и, в частности, его нового рукотворного этапа призванного очередной раз ограбить через финансовые механизмы, как государственный бюджет, так и нищее  население РФ;

— отсутствие целостной и обоснованной экономической политики властей, утративших веру в творческие и духовные силы собственного народа и связавших всю свою экономическую стратегию с экономическими моделями и опытом другого, чуждого российскому  и евразийскому архетипу, мира;

— сохраняет угрожающий характер зависимость от полученных иностранных займов, кредитов и инвестиций, т.е. ссудного процента, мировых денег от других негативных явлений и процессов на внешних финансовых и фондовых рынках.

В военной сфере – тем не менее, сохранение потенциальной военной опасности со стороны стран Запада и НАТО, стремящихся вытеснить Россию из регионов ее исторически обусловленного присутствия и влияния;

— деформация духовно — нравственных идеалов, принципов служебной деятельности, падение морального состояния личного состава,  увеличение разрыва в соотношении сил «реформируемой» российской армии и армий потенциального противника, морального и физического старения состоящих на вооружении соединений и частей российской армии оружия и военной техники, углубления кризиса военно-промышленного комплекса страны и увеличения закупок ВВТ и комплектующих у реального противника;

— сохранение и подогревание очагов военно-политической напряженности и вооруженных конфликтов в непосредственной близости от границ РФ и Содружества.

В информационной сфере – практически полное доминирование духовности /бесдуховности/ иного цивилизационного стандарта.

Безусловно наносящими ущерб интересам Содружества являются деформация традиционной Евразийской геополитической субъектности, смена ориентации основных политических игроков в самой РФ на иные, чужеродные цивилизационные ценности, а также процесс продолжающегося отхода правящих элит ряда стран ближнего зарубежья от России и усиления их переориентации на развитие связей и стратегического сотрудничества с другими государствами. На этой почве, как показывает жизнь, нередко возникают острые конфликтные ситуации. Следствием являются трудности развития интеграционных процессов в рамках СНГ, формирующие предпосылки дальнейшего ослабления Содружества.

Не новым, но, безусловно, серьезным геополитическим фактором, представляющим угрозу для национальных интересов и безопасности является развернувшееся соперничество и борьба различных государств за контроль над стратегическими запасами углеводородов и другого сырья на пространстве государств ближнего зарубежья, за обеспечение свободы доступа к этим ресурсам и инфраструктуру беспрепятственного их вывоза на внешние рынки.

Война за нефть

 

Особую угрозу национально-государственным интересам и безопасности Евразийского пространства сегодня представляет развернувшаяся между крупнейшими нефтяными компаниями мира, включая российские, борьба за каспийскую нефть. Здесь Россия сталкивается с комплексом угроз — от экономических до военных. Борьба за каспийский нефтеносный шельф и материковые месторождения, за квоты добычи и долю участия в международных нефтяных проектах, за маршруты транспортировки нефти уже превратила этот  регион в зону глобального соперничества. Об этом, в частности,  свидетельствует география размещения военных баз  НАТО и США.

В такой ситуации западные страны будут готовы применить все доступные им средства, в том числе и военную силу, для защиты своих геоэкономических интересов, что они уже неоднократно демонстрировали за последние десять-пятнадцать лет. Наиболее неблагоприятная для интересов и безопасности России ситуация возникнет в случае установления Западом полного контроля над Ираком и Ираном и вовлечения в свои политические и военные организации государств Закавказья. Если развитие событий пойдет по такому сценарию, в Кавказском регионе произойдут радикальные геополитические и геостратегические изменения, уже непосредственно угрожающие интересам РФ и Содружества. Грузино-осетинский конфликт это наглядно продемонстрировал.

Важно понимание  того, что сегодня Кавказский регион, Дагестан  с их очень сложными и многочисленными проблемами является, пожалуй, самым уязвимым направлением с точки зрения вероятности нанесения здесь ущерба национально-государственным интересам и безопасности РФ и СНГ. Утрата здесь Россией хотя бы небольшой части своей территории может привести к образованию своего рода «геополитического клина», способного впоследствии отколоть от РФ гораздо большие куски ее территории.

В связи с этим главные усилия России на Кавказском направлении сегодня должны быть направлены на ограничение и ликвидацию американского военного присутствия, предотвращение строительства разведывательно-информационных объектов, военной и учебно-материальной базы против Ирана. Прекращение здесь вооруженных конфликтов, стабилизацию общественно-политической ситуации и снижение всеми способами конфронтационности между Москвой  и окраинными субъектами федерации и другими участниками политического процесса на Северном Кавказе.

В геостратегии России на Юге нельзя обойтись без уточнения отношения к вопросу о нахождении российских военных баз на территории независимых государств Закавказья. Военное присутствие России в этом регионе надо стремиться сохранять, используя для этого в первую очередь двусторонние политические договоренности, механизмы СНГ, ЕврАзЭС, Шанхайской организации сотрудничества, а также военно-экономическую основу сотрудничества с указанными странами. Основа этого военного присутствия, возможно, стала бы прочнее при условии более весомого и эффективного вклада РФ в решение конфликтных ситуаций в Закавказье. Однако реально ситуация развивается в таком направлении, что России будет вытеснена из этого жизненно важного региона.

По-прежнему остается актуальной проблема оценки степени угрозы исламского фактора. Было бы ошибочным считать априори, что исламская угроза для России и СНГ — нечто однозначное и не подлежащее сомнению. Такая угроза существует. Но при этом необходимо совершенно четко представлять ее истоки, питающие магистрали, движущие силы и причины, актуализирующие политическую роль ислама в регионе. Это отдельная сложная тема.

Анализируя роль и место исламского экстремизма как геополитической силы в формировании внутренних и внешних угроз национальной безопасности государств СНГ и территориальной целостности России, мы не должны ограничиваться рассмотрением только лишь его религиозно-идеологической и эмоционально-разрушительной составляющих, но смотреть гораздо шире.

На сегодня терроризм — это уже не только и не столько диверсанты-одиночки, угонщики самолетов и убийцы-камикадзе. Современный терроризм — это мощные структуры спецслужб, как частных, так и государственных,  с соответствующим их масштабам оснащением. Примеры Таджикистана, Косова, Чечни, 11 сентября в США,  Афганистана, Ирака, Мумбаи и стоящих за ними мощных покровителей и доноров транснациональной природы показывают, что современный терроризм способен вести диверсионно-террористические войны, участвовать в масштабных, как в Африке и на Ближнам Востоке, вооруженных конфликтах.

 

Армия Ротшильда

 

Международный терроризм вкупе с частными вооружёнными компаниями сегодня обладает такими ресурсами, которых может не быть у тех сил, которые пошли на вооруженный конфликт с властью в своей стране. Новейший опыт Чечни и некоторых центрально-азиатских государств подтверждает это.

К другим источникам угроз геополитического масштаба относятся процессы неконтролируемой миграции граждан стран ближнего зарубежья в Россию, незаконного оборота через российские границы наркотиков и наркосодержащих веществ, контрабандной торговли и незаконных валютных операций. К ним же надо относить приобретающее заметные масштабы распространение регионального бандитизма и терроризма, незаконного оборота оружия, возможное расползание в соседних с СНГ регионах оружия массового уничтожения.

Вооруженные конфликты на постсоветском пространстве постепенно стали объектами международной геополитики. Все более широкое участие в разрешении их последствий принимают международные организации — ООН, ОБСЕ, Организация Исламская конференция и другие. В условиях, когда РФ в силу изложенных выше причин довольно ограничена в выборе путей и средств возвращения ситуации в зонах конфликтов в исходное положение, роль международных усилий и влияние третьих стран в кризисных зонах постепенно возрастают.

Суммируя, необходимо сказать, что сложная обстановка на Евразийском пространстве обусловлена не в последнюю очередь отсутствием внятных теоретических и идеологических основ государственной политики РФ вообще, внешней, федеративной,  национальной, информационной и военной, в частности, что повлекло разнобой в оценках и практических действиях.

На территории СНГ население увеличивается

только в мусульманских странах.

 

Таким образом, стратегия национальной безопасности Евразии должна строиться с учетом соответствующих подходов и принципов. Тем, кто в РФ отвечает за разработку и реализацию этой стратегии, необходимо осознавать наличие жесткой взаимосвязи и взаимозависимости геополитических, геоэкономических и геостратегических интересов и процессов в регионе и мире. Необходимо понимать, что главный приоритет Великая, сильная Россия. Остальное многообразие проблем решается «автоматически», в силу естественно — исторических законов организации и развития  Хартленда.

То, что происходит в последние годы в СНГ, является отражением продолжающегося в новых условиях, на новом витке глобального противоборства между Западом и Востоком, и в центре этого противоборства необходимо видеть те силы, которые стремятся использовать исторический шанс и загнать Россию в такие границы и такое состояние, чтобы если не навсегда, то на многие годы выключить ее из мирового геополитического концерта.

Идеологически Россия должна жить на своей земле своим умом. Потенциально возможное превращение России из мировой в региональную державу будет означать ее конец. Если это произойдет, распад продолжится, и на месте российского государства будет складываться новый геополитический блок, в котором место для русского народа не предусмотрено. При этом Россия, как региональная держава, может потерять свои геополитические права на часть своих исконных территорий, а также, разумеется, перспектив построения многополярного мира «цветущей сложности», по  выражению одного из выдающихся русских мыслителей Константина Николаевича Леонтьева.

Этим перечнем не учтен ряд других геополитических факторов, угроз и опасностей, которые подстерегают СНГ на путях интеграции. Их гораздо больше.

В заключение необходимо подчеркнуть, что в  РФ и СНГ на геополитическом и геостратегическом уровнях вышеизложенным проблемам до сих пор уделяется очень мало внимания. В практическом политическом, экономическом, военном плане решаются только частные проблемы. Цельную же стратегию, своего рода Русскую Геополитическую Доктрину Росфедерации и Содружеству требуется срочно принять и заявить о ней всему миру.